EurasiaNet.org

EURASIANET - На русском языке

ГРУЗИЯ: БУДУЩЕЕ ПРОТБИЛИССКОГО ЛИДЕРА ЮЖНОЙ ОСЕТИИ ОСТАЕТСЯ НЕЯСНЫМ
Молли Корсо

Когда в августе российские войска оккупировали территорию Южной Осетии, то двухлетней работе Тбилиси по завоеванию умов и сердец осетин моментально пришел конец. Главным инструментом этой кампании являлась поддерживаемая Тбилиси администрация Дмитрия Санакоева, которая осуществляла руководство районами компактного проживания грузинского населения на сепаратистской территории. Теперь же будущее альтернативного правительства Санакоева повисло в воздухе.

После начала войны 8 августа 39-летний Санакоев больше не вернулся в свою "столицу" в селе Курта. Проходит месяц за месяцем, и ряд грузинских аналитиков и бывших соратников уже задается вопросом, а вернется ли он вообще. Но сам Санакоев при всем этом мыслит по-прежнему как политический лидер. Как заявляет Санакоев на волне грузино-российского конфликта, его главная задача заключается в том, чтобы обеспечить содействием десятки тысяч жителей южноосетинских сел, вынужденных покинуть свои дома в ходе военных действий. [Для получения дополнительной информации см. архив рубрики "Взгляд на Евразию"]. "У нас свыше 60 тысяч беженцев, которых нужно переселить, предоставить им новые жилища. Альтернативное правительство, в сотрудничестве с правительством Грузии и международными организациями, делает все возможное, чтобы помочь этим людям переселиться и подготовиться к зиме, – говорит он. – Это означает, что они переселяются в теплые, хорошие помещения со всеми [необходимыми] удобствами".

По словам Санакоева, его администрация будет и впредь выступать в роли представителя осетин и грузин, вынужденных покинуть свои дома в Южной Осетии. Правда, как показали неудавшиеся октябрьские переговоры, Россия и сепаратистское правительство, ныне контролирующее территорию всей Южной Осетии, отказываются вести переговоры с администрацией Санакоева.

Переговоры по вопросу подключения Санакоева к процессу переговоров зашли в тупик, и ситуация, похоже, только усугубляется. Как сообщил EurasiaNet госминистр по вопросам реинтеграции Тимур Якобашвили, грузинское правительство не станет принимать участия в переговорах о "будущем" региона без Санакоева и его правительства. "Они [администрация Санакоева] будут принимать участие в переговорах, поскольку наш принцип очень прост: мы не можем вести переговоры о будущем региона, если в нем не представлены все его сообщества, – подчеркивает он. – Говоря о будущем этого региона нужно подключать к разговору все его сообщества".

Когда в конце 2006 года Санакоев был избран президентом подконтрольной Грузии Южной Осетии, грузинские власти отнеслись к этому как к стратегической победе. Те выборы были призваны отвлечь внимание от параллельного голосования, в результате которого сепаратистский лидер Эдуард Кокойты был переизбран на пост главы контролируемой осетинами Южной Осетии. [Для получения дополнительной информации см. архив рубрики "Взгляд на Евразию"].

Тбилиси позиционировал Санакоева как законно избранного руководителя, являющегося альтернативой Кокойты и проводимой сепаратистским лидером пророссийской политике. На подконтрольной сепаратистам территории Южной Осетии эта тактика не увенчалась успехом. В разговоре с EurasiaNet еще до войны жители этой территории неизменно отзывались о Санакоеве как о "предателе".

Сам Санакоев винит в неспособности его правительства перехватить инициативу у правительства Кокойты войну. "Мы создали альтернативную власть, альтернативное правительство, чтобы показать людям, как администрация Южной Осетии может работать с грузинским правительством, как осетины и грузины могут жить вместе, – сказал Санакоев в недавнем интервью EurasiaNet. – Но, думаю, мы здесь тоже проиграли из-за войны".

Сегодня некоторые тбилисские аналитики и бывшие соратники Санакоева приходят к заключению, что эксперимент провалился. По словам одного бывшего представителя санакоевского правительства, администрация никогда не располагала необходимой властью для осуществления своих полномочий.

По мнению экс-премьера правительства Санакоева Урузмага Каркусова, администрация никогда не располагала достаточными "правами" для исполнения своих обязанностей. "Ключ" к югоосетинскому конфликту следует искать не в Курте или столице Южной Осетии Цхинвали, а в Тбилиси, добавляет он.

"Мы хотели решить некоторые экономические проблемы, но могу прямо сказать, что все шло не так, как мы планировали, – говорит Каркусов. – Чтобы реализовать свои идеи, нужно обладать на это определенными правами. Будь вы трижды умны, будь вы хоть профессором и обладая массой способностей, но если у вас нет прав, вы никому не интересны".

Каркусов, занимающий ныне пост замминистра экономразвития в грузинском правительстве, проработал в Курте чуть менее года, а потом был "переведен" в Тбилиси.

Эксперт грузинской парламентской комиссии по территориальной целостности Зураб Бендианишвили разделяет мнение, что администрация Санакоева была "ограничена" в своих возможностях.

"Я не думаю, что все было таким уж успешным, хотя в целом все то, что было проделано – в плане экономики и социальной помощи – было правильным, – считает он. – Тот факт, что случилась война…Можно сказать, это не было виной администрации. Они никак не могли повлиять на ситуацию. У них не было возможности самим что-то сделать. Их возможности были ограничены".

Учредитель тбилисского Международного Центра по конфликтам и переговорам Георгий Хуцишвили также отмечает, что грузинское правительство не вложило достаточно сил в "проект" Санакоева.

"На первой стадии проект был многообещающим, – подчеркивает он. – Он был направлен на становление альтернативной системы, создания альтернативы для югоосетинского народа. Но еще до войны со стороны грузинского правительства делалось недостаточно, и проект развалился".

Грузинский конфликтолог Мамука Арешидзе полагает, что санакоевская администрация упустила массу возможностей. "Генеральная линия альтернативного правительства была неверной. Я полагаю, что в первую очередь надо было не создавать "столицу" в Курте, а вкладывать деньги в сельское хозяйство, – говорит он. – Это было бы намного эффективнее, чем все эти кинотеатры и концерты для населения Курты".

Якобашвили же отвергает обвинения в том, что грузинское правительство или администрация Санакоева не добились успеха. Скептики "имеют личные причины" выискивать недочеты в проекте Курта, так как он не отвечал их собственным амбициям, утверждает Якобашвили. "Они хотели играть более заметную роль, они хотели контролировать что-то еще, не знаю, – говорит он. – Думаю, предоставленные права и обязанности были вполне достаточными. В такого рода вещах есть лишь один критерий оценки: удалось людям что-то сделать или нет".

На взгляд Якобашвили, тот факт, что Санакоев подвергался "нападкам" в российской прессе, является доказательством его успеха. "Тот факт, что правительство Санакоева подвергалось серьезным нападкам со стороны российских СМИ и российской пропаганды, и тот факт, что все в Южной Осетии состоялось, означают: все сработало, "мягкая сила" санакоевской администрации делала свое дело, – подчеркивает он. – Они добились успеха".

Но теперь, после войны, роль Санакоева остается под вопросом. Конфликтолог Арешидзе полагает, что шансы Санакоева сохранить свой пост ограничены. "Ему могут найти какое-то применение, – отмечает Хуцишвили. – С одной стороны, его позиционировали как действующего альтернативного лидера Южной Осетии. С другой стороны, весь процесс мирного урегулирования изменился. Как станешь реализовывать новый мирный процесс со старыми составляющими?"

От редактора: Молли Корсо является независимым журналистом из Тбилиси.