|
ГРУЗИНСКАЯ ОППОЗИЦИЯ НА ПОДЪЕМЕ
Ираклий Арешидзе
Введение
Борьба между тремя политическими силами – проправительственными
партиями, умеренной оппозицией и ее не желающими идти на компромисс
коллегами – окажет определяющее воздействие на политическое
будущее Грузии. Ожидается, что Эдуард Шеварднадзе покинет
свой пост после окончания в 2005 г. срока его президентских
полномочий. Первым крупным сражением в ходе начинающейся борьбы
за будущую власть станут парламентские выборы, намеченные
на ноябрь 2003 г.
Почти на всем протяжении 1990-х годов в грузинской политике
доминировала партия Союз граждан Грузии (СГГ), служившая
политической опорой Шеварднадзе. Оппозиция оставалась слабой
и неспособной бросить вызов политическому господству Шеварднадзе.
Однако после парламентских выборов 1999 г. в СГГ начался раскол,
и занимавшая доминирующие позиции партия вскоре утратила свое
влияние. Ослабление СГГ вызвало появление трех различных политических
сил: группы сторонников Шеварднадзе, радикальной оппозиции,
получившей неопределенное наименование «команды реформаторов»,
и партии «Новых правых», оппозиции более умеренного
толка, считающей Шеварднадзе гарантом международной стабильности,
однако критически относящейся к внутренней политике правительства.
История
Политическая жизнь после получения независимости
Эдуард Шеварднадзе стал вторым президентом Грузии в 1992
г., после насильственного смещения президента Звиада Гамсахурдиа.
Последний, занявший свой пост в 1990 г. на первых свободных
выборах, когда-либо проводившихся в советской республике,
лишился поддержки после того, как в его поведении были замечены
странности. В течение трех лет после смещения Гамсахурдиа
Грузия балансировала на грани полного краха, а администрация
Шеварднадзе стремилась восстановить власть в регионах. И только
в 1995 г., с принятием новой конституции и укреплением власти
Шеварднадзе за пределами Тбилиси, Грузии удалось в какой-то
мере восстановить стабильность. Однако даже сегодня власть
центра остается слабой.
Во время гражданской войны, начавшейся после свержения Гамсахурдиа,
главной оппозиционной силой стали сторонники бывшего президента,
известные как «звиадисты». Большинство других сил – интеллигенция,
новообразованные политические партии и бывшая коммунистическая
элита – поддерживали нового президента. Однако, когда Грузия
вступила в 1993 г. в Содружество независимых государств (СНГ),
Шеварднадзе лишился поддержки многих политиков, отстаивавших
независимость Грузии и считавших, что СНГ является ничем иным,
как попыткой России восстановить свое влияние на территории
бывшего Советского Союза.
Политическая жизнь в Грузии на протяжении 1990-х гг. носила
бурный характер. В августе 1995 г. и феврале 1998 г. на жизнь
президента Шеварднадзе были совершены покушения. Предполагают,
что идейным вдохновителем этих нападений был Игорь Георгадзе,
экс-министр госбезопасности Грузии, ныне проживающий в России.
Согласно этой теории, покончив с Шеварднадзе, Георгадзе надеялся
установить в Грузии прорусский режим.
Возникновение СГГ и других партий
С целью укрепления своей власти Шеварднадзе создал СГГ, пестрый
политический блок, составленный из интеллигенции, бывших местных
руководителей компартии и политических группировок левого
толка, в том числе Партии «зеленых» Грузии во главе
с Зурабом Жвания. СГГ одержал убедительную победу на выборах
в законодательный орган в 1995 г., и союзник Шеварднадзе Жвания
занял пост спикера парламента. Пользуясь тем, что на этом
существенно важном посту оказался его заместитель и располагая
большинством в парламенте, Шеварднадзе начал оказывать определяющее
влияние на законодательный процесс. После того как правительство
провело в жизнь поправки, принятые парламентом в 1995 и 1996
гг., некоторые тесно связанные с президентом деятели, в том
числе Жвания, Михаил Саакашвили и Ладо Чантурия, были названы
реформаторами; считалось, что они выступают за принятие законов
и создание институтов по западному образцу.
Между тем оказавшуюся в изоляции оппозицию возглавила правоцентристская
Национально-демократическая партия (НДП). НДП могла
занять центральное место в стане оппозиции, однако этому помешало
убийство в 1994 г. ее популярного лидера Георгия Чантурия.
В убийстве были обвинены члены военизированной группировки
«Мхедриони», с помощью которой в 1991 г. был смещен Гамсахурдиа.
Некоторые аналитики, однако, считают, что косвенным образом
в этом убийстве был замешан сам Шеварднадзе.
В преддверии парламентских выборов 1995 г. в автономной республике
Аджария на юго-западе Грузии возникла новая политическая сила
– Союз «Возрождение», сплотившийся вокруг авторитарного
руководителя автономии Аслана Абашидзе. Оставаясь в формальном
смысле в оппозиции, «Возрождение» неизменно выступало на общенациональной
политической сцене скорее за сохранение аджарских владений
Абашидзе (в которых он располагает почти абсолютной властью),
чем за то, чтобы реализовать свои претензии на власть во всей
Грузии.
Вплоть до 2000 г. Шеварднадзе почти не сталкивался с оппозицией,
если не считать выступлений мятежников-звиадистов. На октябрьских
выборах в парламент в 1999 г. СГГ вновь одержала победу, хотя
ее триумф и был омрачен сообщениями о допущенных при голосовании
нарушениях. Ожидалось, что по меньшей мере две группы – Лейбористская
партия и альянс Третий путь – преодолеют 7-процентный
барьер, необходимый для избрания в парламент. Однако в результате
подтасовки избирательных бюллетеней и других мошеннических
действий ответственность за которые несет СГГ, голосов, поданных
за эти движения, оказалось недостаточно для того, чтобы пройти
в парламент.
Кроме СГГ, в 1999 г. в парламент прошли еще две партии: финишировавшая
второй партия «Возрождение», получившая большую часть голосов
в Аджарии благодаря применению опробованной коммунистами электоральной
технологии, и Партия промышленников, созданная пивным
магнатом Гоги Топадзе и получившая значительную поддержку
молодых избирателей. Ни одна из этих партий не имела ни намерения
бороться с Шеварднадзе, ни необходимых для этого ресурсов.
Вследствие этого в апреле 2000 г. Шеварднадзе одержал легкую
победу на очередных президентских выборах. Единственным его
конкурентом стал бывший лидер компартии Джумбер Патиашвили,
получивший незначительное число голосов, главным образом из-за
той роли, которую он сыграл в подавлении в 1989 г. советскими
войсками демонстрации в защиту независимости Грузии. С резкой
критикой выборов выступили международные наблюдатели, отметившие
широко распространенные нарушения и явную необъективность
средств массовой информации.
Оппозиция
Ослабление СГГ и появление новых партий
Подавляющее превосходство СГГ на выборах 1999 г. было обеспечено
финансовой поддержкой со стороны сообщества грузинских предпринимателей,
которые на рубеже тысячелетий превратились в могущественную
силу грузинской общественной политической жизни. В благодарность
за эту поддержку СГГ включила в свои избирательные списки
ряд известных бизнесменов. Именно это, как оказалось, и привело
впоследствии к расколу партии.
И хотя многие из этих ставших политиками бизнесменов получили
руководящие посты в парламенте, их раздражала та тотальная
власть, которой располагал Жвания в законодательном органе.
В ноябре 2000 г., инициировав расследование причин бюджетных
ошибок, фракция предпринимателей восстала против руководства
СГГ. Когда Шеварднадзе и Жвания отказались выполнить их требования,
бизнесмены вышли из СГГ и вскоре после этого создали партию
«Новые правые».
Это выступление значительно ослабило позиции Жвания в парламенте
и вызвало раскол в СГГ. В последующие шесть месяцев многие
другие твердые сторонники Жвания, в том числе бывшие государственные
министры Нико Лекишвили и Важа Лордкипанидзе, начали критиковать
методы его руководства. Одновременно с растущей оппозицией
столкнулся и Шеварднадзе. Сам Жвания, частично для того, чтобы
восстановить свое пошатнувшееся положение, дистанцировался
от Шеварднадзе. Спикер парламента заявил о неспособности Шеварднадзе
справиться с ростом коррупции. Союзник Жвания Саакашвили бросил
еще более прямой вызов президенту и часто появлялся на телевидении,
выступая с обвинениями представителей власти в коррупции.
По мере того, как усиливалась политическая напряженность,
Жвания и Саакашвили делали все для того, чтобы завоевать репутацию
борцов с коррупцией и критиков режима Шеварднадзе.
В мае 2001 г., после инцидента, который многими был расценен
как формальный разрыв отношений между Жвания и Шеварднадзе,
первый написал открытое письмо, в котором призывал президента
к борьбе с коррупцией. В сентябре 2001 г. Шеварднадзе оставил
пост председателя СГГ, что инициировало борьбу между большинством,
состоявшим из сторонников президента, и меньшинством, выступавшим
на стороне Жвания. В результате обострившихся осенью внутренних
разногласий прежний СГГ прекратил свое существование. Раскол
партии был официально подтвержден в мае 2002 г.
Эти два взаимосвязанных события – вызов, брошенный СГГ бизнесменами,
и разногласия между Шеварднадзе и Жвания, – стали серьезной
угрозой политическому господству Шеварднадзе за все время
его президентства. Сегодня ни одна партия и ни одна коалиция
не располагают большинством в парламенте, некоторые из них
находятся в оппозиции. Среди последних – партия «Новые правые»,
«Возрождение», партия Жвания «Объединенные демократы»
и партия Саакашвили «Национальное движение» (лидеры
двух последних получили наименование «реформаторов»). Вне
стен парламента все более широкую поддержку населения завоевывает
Лейбористская партия, социалистическая программа которой импонирует
беднейшим слоям и пожилым людям.
Каждая из этих групп проверила себя на выборах в местные
органы власти, прошедшие в июне 2002 г. В Тбилиси «реформаторы»
(во главе с Саакашвили) и Лейбористская партия, соперники,
борющиеся за одну и ту же часть электората, получили примерно
по 25 процентов голосов. Однако из-за неорганизованности и
слабости местных отделений рейтинги этих партий в регионах
оказался невысоким. Наиболее высокие результаты здесь показали
«Новые правые», завоевавшие четвертую часть всех мест, а второе
место получила Партия промышленников. СГГ, все еще раздираемая
борьбой между Жвания и пропрезидентским крылом, не могла выступить
на выборах под своим прежним названием, однако многие ее члены,
являющиеся сторонниками Шеварднадзе, достигли успеха в качестве
независимых кандидатов. Неоднозначные итоги выборов 2002 г.
свидетельствуют о существенно изменившейся ситуации, с которой
столкнутся избиратели на выборах нового парламента в 2003
г.
Реформаторы
В течение многих лет, сначала в правительстве, а затем и
в оппозиции, считалось, что Жвания и Саакашвили представляют
прозападные силы в грузинской политической жизни. Однако в
2001 г. эти политики начали оспаривать друг у друга право
на лидерство. Саакашвили, который ранее находился в подчинении
у Жвания, решительно заявил о своей особой роли в грузинской
политической жизни.
В августе 2001 г. Саакашвили выступил с самым резким протестом
против действий президента, оставив пост министра юстиции.
В сентябре и октябре 2001 г. Саакашвили и Жвания возглавили
демонстрации и протесты против незаконных действий правительства
в отношении популярной независимой телекомпании «Рустави-2».
Чтобы успокоить население, Шеварднадзе уволил нескольких министров
(в том числе Каху Таргамадзе, твердого противника «реформаторов»).
Тем не менее в разгаре протестов Саакашвили обострил отношения
с Жвания, создав собственную партию – Национальное движение.
Тем временем Жвания пытался установить контроль над остатками
СГГ, и прежде всего над ее собственностью и мощной сетью отделений
на местах, которых нет ни у одной другой партии, кроме «Новых
правых». Однако в мае 2002 г., за несколько недель до выборов
в местные органы власти, Тбилисский городской суд постановил,
что законное право на название и собственность партии имеет
пропрезидентская фракция. Позднее Верховный суд страны во
главе с бывшим союзником Жвания Ладо Чантурия утвердил это
решение. Не имея возможности использовать прежнее название
партии, Жвания в июне 2002 г. создал новую партию – «Объединенные
демократы».
Несмотря на заявления Саакашвили и Жвания о том, что их объединяет
общее видение будущего Грузии, их политическая тактика и способ
работы с избирателями часто расходятся. Популярность Саакашвили
во многом является результатом его популистской риторики,
в том числе требований немедленной отставки Шеварднадзе. Это
оказывает воздействие на часть тбилисского электората, Саакашвили
пользуется также поддержкой известной телекомпании «Рустави-2»
и значительной части служащих. В последнее время Саакашвили
предпринял шаги, направленный на создание альянса с двумя
другими партиями – «Традиционалистами», которые в настоящее
время не пользуются политическим весом, располагая, тем не
менее, 10 местами в парламенте, и партией «Единство»,
стоящей на прорусских позициях и возглавляемой бывшим конкурентом
Шеварднадзе Джумбером Патиашвили.
Жвания не приемлет радикализма Саакашвили и стремится создать
более умеренную коалицию. И хотя большинство политических
партий выражают желание участвовать в политическом диалоге,
спонсором которого выступает Национальный демократический
институт (NDI), усилия по созданию широкой коалиции до сих
пор почти не предпринимались.
Несмотря на многочисленные разногласия между Жвания и Саакашвили,
их примирению могут способствовать три фактора. Во-первых,
маловероятно, что Саакашвили сможет создать сеть отделений
своей партии на местах – что необходимо для победы на парламентских
выборах – без помощи такого сильного организатора, как Жвания.
Во-вторых, оба до сих пор не предложили позитивной и оригинальной
политической программы. Из-за схожести их левоцентристских
убеждений претензии каждого из этих политиков на свое особое
место могут привести к тому, что политическая сцена окажется
переполненной деятелями близкой ориентации. Сотрудничество
же может способствовать разработке связной и популярной платформы.
Наконец, такой альянс мог бы укрепить финансовую базу движения,
поскольку наиболее серьезный источник финансовой поддержки
– предпринимательское сообщество – твердо выступает на стороне
другой партии.
Партия «Новые правые»
Партия «Новые правые» имеет ряд особенностей, отличающих
ее от других политических сил. Во-первых, это единственная
партия, не имеющая единого лидера и управляемая коллективно
группой видных деятелей. Во-вторых, это одна из немногих в
истории Грузии партий (за исключением НДП), занимающих четкие
правоцентристские позиции. Наконец, партия «Новые правые»
имеет надежные источники финансирования, поскольку в число
ее сторонников входят известные грузинские бизнесмены.
Эти уникальные особенности «Новых правых» дают партии определенные
преимущества, но одновременно ставят ее перед рядом проблем.
Прежде всего, речь идет о системе коллективного руководства,
которая в прошлом доказала свою неэффективность. Движение
не имеет харизматического лидера, в котором нуждается публика.
Порой партия медлит с принятием политических решений, поскольку
ее руководство пытается достичь консенсуса. При всех преимуществах,
проистекающих из финансового положения партии, лидеры «Новых
правых» имеют невысокие рейтинги, пользуясь репутацией «олигархов»,
которые нажились на экономическом хаосе в первые годы независимости.
Тем не менее, имидж партии имеет и положительные стороны,
поскольку она пользуется особой популярностью среди молодежи
и предпринимателей.
В число наиболее влиятельных лидеров партии входит Давид
Гамкрелидзе, основатель и глава «Алдаги», страховой компании,
превратившейся в одно из крупнейших предприятий Грузии. Гамкрелидзе
считается идейным вдохновителем партии и возглавляет ее фракцию
в парламенте. Леван Гачечиладзе, председатель партии и глава
успешно работающей компании GWS (Georgian Wines and Spirits),
по-видимому, наиболее популярный политик «Новых правых». Из
других известных фигур можно назвать Пикрию Чихрадзе, которая,
наряду со спикером Нино Бурджанадзе, принадлежит к числу немногих
влиятельных в парламенте женщин.
В начале 2003 г. несколько влиятельных политиков проявили
желание примкнуть к «Новым правым». Вскоре после Нового года
о смене своих политических пристрастий объявил Нико Лекишвили,
председатель Союза налогоплательщиков Грузии и бывший государственный
министр. Кроме того, ходят слухи, что к «Новым правым» собирается
присоединиться Георгий Таргамадзе, лидер парламентской фракции
из 10 депутатов и бывший глава тбилисского отделения партии
«Возрождение». Наконец, в тбилисских газетах появилось несколько
статей о возможном интересе к партии «Новые правые» спикера
парламента Нино Бурджанадзе.
С момента своего возникновения партия занимала твердые прозападные
позиции, благодаря чему получила значительную поддержку в
парламенте. (Недавно законодатели единодушно одобрили предложение
Гамкрелидзе считать членство в НАТО приоритетом грузинской
внешней политики на ближайшее десятилетие). Внутри страны
партия призывает к установлению единой ставки налога и другим
экономическим реформам.
Лейбористская партия
Как и «Новые правые», лейбористы принадлежат к тем немногим
политическим силам в Грузии, которые выступают с четкой идеологической
позиции. Мечты лейбористов о социалистической Грузии с бесплатной
системой здравоохранения, образования и развитой социальной
сферой особенно привлекательны для пожилых людей, уровень
жизни которых значительно снизился в период после получения
страной независимости. Эта партия пользуется сильной поддержкой
в Тбилиси, в котором проживает большое число стариков, а также
в некоторых районах за пределами столицы, таких, как район
Душети, родина лидера лейбористов Шалвы Нателашвили. Популярность
партии во многом держится на популярности самого Нателашвили
– непостоянного, но харизматичного лидера, в прошлом государственного
прокурора.
После образования партии в 1997 г. ее лидеры выступили с
рядом предложений пророссийского характера, в том числе в
поддержку нейтралитета Грузии – меры, направленной на то,
чтобы исключить в будущем членство страны в НАТО. В последние
годы Нателашвили изменил свою позицию и, продолжая призывать
к нейтралитету, дал свое благословение на вступление Грузии
в НАТО. Внутри страны Нателашвили выступает за расследование
обстоятельств хаотично протекавшего процесса постсоветской
приватизации и предлагает ввести прогрессивную налоговую систему,
которая должна обеспечить поступление средств на цели проповедуемой
им социальной политики.
Отношения лейбористов с другими политическими партиями всегда
оставались напряженными. В последние месяцы Нателашвили вступил
в борьбу с «реформаторами», в частности потому, что Жвания
и Саакашвили заявили свои права именно на тот слой электората,
который прежде всегда поддерживал лейбористов. Поэтому для
многих аналитиков содействие Нателашвили в выдвижении Саакашвили
на пост председателя Тбилисского городского совета в октябре
2002 г. стало сюрпризом. На вопрос о том, чем объясняется
такой шаг, Нателашвили в частном интервью заявил, что «мы
хотели дать Саакашвили шанс сделать то, что он обещал... и
показать, что он может и чего он не может сделать». Учитывая
грандиозность проблем, с которыми Саакашвили столкнется в
Тбилиси, и скудость ресурсов, которые имеются для их решения,
новому главе горсовета будет непросто выполнить свои предвыборные
обещания. Что касается электората, то Нателашвили, возможно,
надеется набрать очки, призвав Саакашвили к ответу за невыполнение
обещаний.
Трудно предсказать, какую роль сыграют лейбористы на ближайших
парламентских выборах и после их окончания. Нателашвили видит
себя в роли президента, однако его провинциализм, отсутствие
связей с Западом и противодействие со стороны сообщества предпринимателей
и политической элиты воздвигают серьезные преграды на пути
политического успеха этого деятеля. Кроме того, лейбористы
испытывают проблемы с финансированием. Тем не менее, не предлагая
вносить серьезные изменения в политическую жизнь, лейбористы,
скорее всего, наберут достаточное количество голосов, чтобы
преодолеть 7-процентный барьер и пройти в парламент.
По словам некоторых аналитиков, Нателашвили поддерживает
негласные отношения с «Новыми правыми» и до сих пор не выступал
с критикой этой партии, хотя и подвергал резкой критике других
основных игроков на грузинском политическом поле. Некоторые
аналитики считают, что после парламентских выборов две эти
партии могут объединиться и образовать влиятельный блок (если,
конечно, им удастся завоевать места в законодательном органе).
В результате лейбористы – теоретически – могут получить доступ
к управлению страной, а «Новые правые» получат политическую
поддержку со стороны пожилой части электората, чтобы провести
в жизнь непопулярную программу рыночных преобразований.
Другие силы
Две другие партии, «Промышленники» и «Возрождение», также
сыграют важную роль в определении политического будущего Грузии.
Партия «промышленников» возникла во время парламентских выборов
1999 г., когда Топадзе и другие предприниматели старшего поколения
объединили усилия и создали новое политическое движение. Партия
сумела набрать достаточное количество голосов, чтобы образовать
небольшую фракцию в парламенте, и после выборов выступала
с решительной критикой финансовой политики правительства,
в частности таможенного кодекса. Подобно «Новым правым», группа
Топадзе выступает за более простую схему налогообложения и
единую ставку налога. В последнее время популярность «промышленников»
резко снизилась, главным образом из-за возросшей популярности
«Новых правых». Несколько месяцев назад Топадзе заключил соглашение
с государственным министром Автандилом Джорбенадзе о поддержке
СГГ по ключевым законопроектам, в том числе по бюджету 2003
г., что породило слухи о возможном альянсе «промышленников»
с СГГ на предстоящих парламентских выборах.
«Возрождение» – единственная оппозиционная партия в Грузии,
имеющая практически гарантированное представительство в парламенте,
поскольку регулярно получает от 90 до 97 процентов голосов
на весьма сомнительных выборах в Аджарии. Большинство грузинского
населения за пределами Аджарии считает Абашидзе деятелем пророссийского
толка и диктатором, и его популярность за пределами автономии
крайне незначительна. Зная об этом, Абашидзе не питает общенациональных
амбиций и вместо этого стремится сохранить свою абсолютную
власть на юге Грузии. «Возрождение» редко формулирует свою
позицию по конкретным политическим вопросам и зачастую извлекает
выгоду из своего положения в парламенте, поскольку способна
блокировать те или иные решения. После разрыва между Жвания
и Шеварднадзе «Возрождение» начало ориентироваться на президента,
отчасти из-за давней личной неприязни между Абашидзе и Жвания.
Отношения между Шеварднадзе и «Возрождением» еще больше укрепились
после того, как президент назначил Абашидзе своим специальным
представителем по урегулированию конфликта в Абхазии. Считается,
что благодаря заключенной сделке «Возрождение» получило выгодный
и важный пост для своего лидера, а правительство обеспечило
себе поддержку в парламенте.
Перспективы
Прогнозы
Некоторые аналитики опасаются, что Джорбенадзе и обновленная
СГГ пойдут на фальсификацию результатов голосования, чтобы
обеспечить победу на парламентских выборах в ноябре 2003 г.
Они говорят также, что если выборы будут свободными и справедливыми,
то ни одна из партий, скорее всего, не получит большинства
в парламенте. Сегодня на места в будущем составе законодательного
органа реально претендуют только четыре партии: обновленная
СГГ, «Возрождение», «Новые правые» и лейбористы. С учетом
своего нынешнего влияния в регионах, финансового положения
и способности воздействовать на ход последующих выборов, первые
три партии, вероятно, получат от 10 до 20 процентов голосов
каждая. Долю голосов, отданных за лейбористов, оценить труднее,
однако она, вероятно, будет ниже, что объясняется недостаточной
финансовой поддержкой партии и слабостью ее отделений на местах.
Что касается «реформистов», то по мнению большинства аналитиков,
по отдельности они не преодолеют 7-процентного барьера. Эти
партии не имеют своей сети в регионах, поэтому получат поддержку
главным образом в Тбилиси, где конкуренция будет исключительно
высокой. Однако они получал значительно более высокие шансы
в случае своего объединения и установления партнерских, а
не соревновательных отношений. Одним из факторов, которые
могут повлиять на установление таких отношений, станет позиция
более молодых депутатов из группы Жвания, особенно видных
членов парламента Георгия Барамидзе и Михаила Мачавариани.
В начале января 2003 г. в грузинской прессе появились сообщения
о том, что два давних союзника Жвания, вице-спикер Эльдар
Шенгелая и бывший председатель парламентского Комитета по
правам человека Елена Тевдорадзе, намерены покинуть Жвания
(причем первый из них готов примкнуть к Саакашвили). Между
тем Барамидзе и Мачавариани явно разочарованы отсутствием
коллегиальности в работе партии «Объединенные демократы».
Если эти деятели решат примкнуть к Саакашвили, это значительно
ослабит позиции Жвания и, возможно, даже заставит его присоединиться
к Саакашвили на продиктованных последним условиях.
Процесс перехода
На парламентских выборах в ноябре 2003 г. впервые в новейшей
истории Грузии решающую роль будут играть партии, которые
не находятся под контролем правительства. Что еще важнее,
они станут первым этапом в процессе перехода от нынешнего
правления к новому руководству страной. Основными претендентами
на будущую президентскую власть, в том случае, если президент
действительно оставит свой пост в 2005 г., станут лидеры основных
победивших на выборах в парламент партий.
В этой ситуации возможно осуществление различных моделей
политической преемственности. Если преемник Шеварднадзе появится
среди его ближайших союзников, то будет сохранена кратко-
и среднесрочная стабильность страны, однако, скорее всего,
для этого в жертву будет принесено развитие демократии. Если
СГГ сохранит свою роль правящей партии после 2005 г. – особенно
если это будет осуществлено с помощью недемократических методов
– это будет означать дальнейшее укрепление нынешней власти
и явится шагом назад в развитии плюралистической политической
системы в Грузии.
С другой стороны, если место нынешнего президента займет
действительно разделяющий демократические идеалы и пользующийся
широкой политической поддержкой лидер, страна сможет не только
сохранить стабильность, но и пойти по пути дальнейшего укрепления
демократии. Какой именно из этих сценариев будет реализован,
зависит от тех решений, которые президент Шеварднадзе примет
в течение ближайших 9-15 месяцев, однако в еще большей степени
это будет зависеть от результатов решающих ноябрьских выборов.
От редакции. Ираклий Арешидзе – приглашенный исследователь
Института Центральной Азии и Кавказа в Школе высших международных
исследований при Университете Джонса Хопкинса. Взгляды, выраженные
в данной статье, принадлежат лично автору, а не учреждениям,
с которыми он связан.
Email this article
28.I.2003
© Eurasianet
http://www.eurasianet.org
 |
|
Центральный Евразийский Проект нацелен на развитие более
информированной дискуссии о социальном, политическом и
экономическом развитиях на Кавказе и в Центральной Азии
через его вебстраницу, встречи, документы и гранты. Это
программа Института Открытого Общества в Нью-Йорке. Институт
Открытого Общества в Нью-Йорке является частным операционным
и грантодающим фондом, который поддерживает развитие открытых
обществ во всем мире, подпитывая образовательные, социальные
и законодательные реформы, и поощряя альтернативные подходы
к сложным и спорным вопросам.
Взгляды,
выраженные в этой публикации, не обязательно представляют
позицию Института Открытого Общества и являются исключительной
ответственностью автора или авторов. |
|
|
|
