|
ОППОЗИЦИЯ В АЗЕРБАЙДЖАНЕ: ТЕРЯТЬ ПРАКТИЧЕСКИ
НЕЧЕГО
Даан ван дер Шрик
Введение
Азербайджан все в меньшей степени нуждается в плюрализме:
администрация президента Гейдара Алиева стремится установить
контроль как над средствами массовой информации, так и над
общественными движениями. Развитию политических партий мешают
и их внутренние проблемы.
Референдум 24 августа 2002 г., проведенный с нарушениями,
которые были отмечены как оппозицией, так и международными
наблюдателями, оказал негативное воздействие на возможность
расширения политической активности противников Алиева. Была
изменена сама система выборов в парламент: пропорциональное
представительство (наделявшее правом голоса мелкие оппозиционные
партии) было заменено мажоритарным («побеждает тот, кто приходит
первым»). Благодаря этим нововведениям дополнительные преимущества
получили хорошо финансируемые и крупные проправительственные
партии.
Престарелый Алиев получил право в случае собственной недееспособности
назначить временного преемника, который в результате получит
преимущество на президентских выборах. Эксперты утверждают,
что теперь Алиев имеет возможность повлиять на процесс наследования
собственной власти и передать президентские полномочия своему
сыну Ильхаму.
Новая система рано или поздно вызовет серьезное недовольство,
которое выйдет далеко за границы нынешней политической жизни.
Некоторые наблюдатели убеждены, что в 2003 г. Азербайджан
ожидают потрясения, которые последуют за намеченными на октябрь
президентскими выборами и нарастающим общественным недовольством.
Несмотря на большое количество политических партий, лишь
немногие из них обладают каким бы то ни было политическим
влиянием. По мнению ряда экспертов, оппозиционные партии так
и не выработали программы, которая помогла бы им завоевать
поддержку широкого круга избирателей. Более того, порой программные
установки оппозиционных партий мало чем отличаются от правительственных.
Как правило, оппозиция реагирует на правительственную политику,
организуя акции протеста, но не выступает при этом с какими-либо
конструктивными предложениями. Кроме того, оппозиционные партии
часто ссорятся по пустякам и погружены в междоусобную борьбу.
Поскольку правительство проводит политику подавления организованной
оппозиции, а сама оппозиция не способна к объединению и работе
с электоратом, в ближайшие месяцы и годы, скорее всего, все
большее значение будут приобретать спонтанные акции протеста.
Не находя выхода через официальные каналы, антиправительственные
настроения будут принимать формы несанкционированного протеста;
это уже нашло выражение в насильственных столкновениях в селении
Нардаран в июне 2002 г. и последующих беспорядках, в акции
протеста курсантов высшего военного училища в сентябре и других
проявлениях общественного недовольства. Подобно этому вскоре
следует ожидать всплеска популярности исламского фундаментализма,
который сегодня не имеет возможности для выражения своих идей
через деятельность организаций, имеющих официальный статус.
История
Политическое развитие Азербайджана в период после получения
независимости в 1991 г. неразрывно связано с нагорно-карабахским
конфликтом. Статус этого армянского анклава на азербайджанской
территории давно служил источником разногласий и напряженности,
а насилие, сопровождавшее распад Советского Союза, быстро
переросло в полномасштабную войну между Арменией и Азербайджаном.
Армяне одержали победу и в настоящее время контролируют примерно
15-20 процентов территории, которая в советское время принадлежала
Азербайджану, в том числе и Нагорный Карабах. В результате
конфликта, по оценкам, 300-400 тысяч человек в Азербайджане
потеряли свои дома (многие азербайджанцы говорят, что число
внутренне перемещенных лиц достигает одного миллиона человек).
В 1994 г. было заключено соглашение о прекращении огня, однако
мирный договор так и не был заключен, и в ближайшее время
его заключение маловероятно.
Война оказала огромное воздействие не только на общественную
жизнь и экономику, но и на внутреннюю политику Азербайджана.
Недовольство населения тем способом урегулирования конфликта,
который был предложен коммунистическим правительством Аяза
Муталибова, привело к его свержению весной 1992 г., когда
к власти пришло широкое оппозиционное движение – Народный
фронт Азербайджана. Очередные потери в войне, а также
серьезные внутренние проблемы привели к падению правительства
Народного фронта и создали условия для возвращения Алиева
– многоопытного руководителя Коммунистической партии Азербайджана.
Алиеву удалось стабилизировать ситуацию в стране, добиться
перемирия и обеспечить Азербайджану статус независимого государства.
Алиев закрепился во власти, одержав победу в серии сомнительных
выборов, а возглавляемая им Партия «Новый Азербайджан»
(ПНА) располагает сегодня твердым большинством в парламенте.
Однако президент не всегда играл доминирующую роль в политической
жизни Азербайджана. В первые годы независимости важную роль
играл также Народный фронт Азербайджана, которого можно считаться
предшественником многих существующих в стране оппозиционных
партий. Это движение было образовано в 1989 г. на волне азербайджанской
перестройки, однако вскоре объединило вокруг себя целый спектр
оппозиционно настроенных к коммунистическому режиму групп.
В начале 1992 г. Народный фронт стал во главе движения протеста
и вынудил Муталибова подать в отставку. В июне того же года,
получив 60 процентов голосов, президентом страны был избран
лидер Народного фронта Абульфаз Эльчибей. Однако после серии
военных неудач, начало которым положила гибель сотен азербайджанских
солдат и мирных жителей в г. Ходжалы в феврале 1992 г., доверие
общества к Эльчибею было подорвано. Спустя год после получения
власти, в июне 1993 г., Эльчибей был свергнут в результате
военного мятежа и прошедших по всей стране демонстраций протеста.
Исполняющим обязанности президента стал спикер парламента
Алиев. На прошедших в конце года выборах Алиеву удалось подтвердить
свой статус, несмотря на сообщения о многочисленных нарушениях,
допущенных в ходе голосования.
Оппозиция
Главные партии
По мнению некоторых критически настроенных экспертов, азербайджанские
политические партии далеко не всегда объединяют людей, имеющих
общие политические ценности и общие цели. Чаще всего это патронажные
структуры, возникающие вокруг влиятельных и харизматичных
политиков. В этом отношении оппозиционные партии в Азербайджане
мало чем отличаются от партии власти. Ориентация на личность
лидера, а не на партийную программу означает, что находящиеся
в оппозиции деятели слабо организованы и не располагают серьезой
политической поддержкой. И хотя в Азербайджане существует
примерно 40 партий, только три оппозиционные группы имеют
отделения на местах и располагают поддержкой, которая позволяет
им претендовать на политическое влияние. Все три партии образовались
в результате раскола Народного фронта.
Народный фронт. Народный фронт Азербайджана был образован
еще до распада СССР, а затем превратился в широкую и достаточно
рыхлую протестную коалицию антикоммунистической направленности.
В период, непосредственно предшествовавший получению независимости,
и сразу после Народный фронт представлял собой ведущую политическую
силу, однако насильственная отставка и внутренняя ссылка Эльчибея
в 1993 г. подорвали позиции партии. Впоследствии многие лидеры
Народного фронта вошли в руководство других партий.
Возвращение в октябре 1997 г. Эльчибея из «изгнания» в родные
места – эксклав Нахичевань привело к расколу Народного фронта.
К руководству партией пришло молодое и либеральное крыло во
главе с Али Керимли, а меньшинство, стоявшее на более традиционных
и националистических позициях, сгруппировалось вокруг Эльчибея.
(После смерти Эльчибея в августе 2000 г. лидером националистического
крыла стал Мирмахмуд Миралиоглу). Попытки вновь объединить
партию не дали результатов. Более того, в 2002 г. произошел
еще один раскол и от крыла Керимли отделилась группа Гудрата
Гасангулиева. Как свидетельствует существование трех ветвей
партии и история внутрипартийной борьбы, Народный фронт остается
весьма рыхлым в организационном отношении движением. Наибольшей
популярностью Народный фронт пользуется в Баку и автономной
республике Нахичевань. В настоящее время ПНФА располагает
шестью из 125 мест в парламенте.
Партия «Равенство» («Мусават»). «Мусават» – самопровозглашенная
преемница протурецкой партии, игравшей видную роль в период
первой независимой республики (1918-1920). В конце 1980-х
– начале 1990-х гг. многие нынешние лидеры «Мусавата» входили
в Народный фронт. Первоначально «Мусават» представляла собой
идеологическую смесь из национализма, пантюркизма и панисламизма,
а позднее перешла на более умеренные и светские позиции. В
настоящее время «Мусават», часто называемая партией азербайджанской
интеллигенции, заняла место, которое ранее принадлежало Народному
фронту, и превратилась в наиболее влиятельную оппозиционную
силу. Как и в Народном фронте, в руководстве партии «Мусават»
имелись разногласия по вопросу об ориентации: обсуждался вопрос
о том, на чем следует делать акцент – на национализме или
либерализме западного толка, однако раскола все же удалось
избежать. В настоящее время лидером «Мусават» является Иса
Гамбар, партия пользуется поддержкой в Баку, центральных районах
страны и располагает двумя местами в парламенте.
Партия национальной независимости Азербайджана (ПНН).
ПНН пользуется поддержкой прежде всего тех азербайджанцев,
которые ранее проживали в Армении. Лидер партии Этибар Мамедов,
как и Гамбар, в свое время был членом Народного фронта. Партия
была образована в сентябре 1992 г. и выступила с программой
рыночных преобразований. ПНН обвиняет Алиева в том, что он
довел страну до нищеты. Время от времени Мамедов шел на сотрудничество
с режимом Алиева в обмен на сохранение политического влияния
партии, однако на выборах 1998 г. бросил серьезный вызов президенту.
ПНН располагает двумя местами в парламенте.
Демократическая партия Азербайджана. Демократическую
партию возглавляет бывший председатель парламента Расул Гулиев,
находящийся в ссылке. Союзник Алиева в середине 1990-х гг.,
Гулиев впоследствии рассорился с президентом и примкнул к
оппозиции. К концу 1990-х гг. партия располагала достаточно
значительным числом сторонников. ДПА считается одной из наиболее
влиятельных оппозиционных групп, хотя по степени популярности
и влиянию в регионах и не может сравниться с тремя вышеуказанными
политическими силами. В 1998 г. Гулиев был обвинен в финансовых
хищениях и других преступлениях и бежал за границу. После
его отъезда популярность партии снизилась, хотя она продолжает
играть важную роль в оппозиционном движении.
Сотрудничество и разногласия
Лидеры всех перечисленных выше партий в свое время входили
в Народный фронт и часто придерживаются одинаковых политических
убеждений. Причина для разногласия одна – вопрос о том, кто
из них достоин возглавить объединенную оппозицию. Иногда все
три партии и другие похожие на них группы демонстрируют способность
к совместной работе – как правило, накануне выборов, – однако
обычно сотрудничество прекращается сразу после того, как исчезает
сам повод для совместной работы. Недостаточная координация
действий, несомненно, снижает электоральные возможности оппозиции.
Наверное, еще важнее то, что межпартийные разногласия помогли
Алиеву политически разъединить партии и сохранить власть с
помощью принципа «разделяй и властвуй».
Наиболее прочной формой объединения оппозиционных сил оказался
Демократический конгресс Азербайджана (ДК). ДК был
создан в 1994 г. и объединяет около десяти партий, из которых
наибольшим влиянием пользуются Народный фронт и «Мусават».
Однако, несмотря на столь продолжительную жизнь этой многопартийной
коалиции, вопрос о настоящем сотрудничестве до последнего
времени не вставал. ДК не выступает с единым списком кандидатов
на выборах, а его скромный офис в Баку выполняет, главным
образом, задачи, связанные с обменом идеями и поддержанием
неформальных отношений между партиями.
Тем не менее, после недавних совместных заявлений и митингов
протеста против августовского референдума некоторые наблюдатели
предсказывают, что оппозиционные силы будут развивать отношения
сотрудничества, чтобы противостоять давлению со стороны администрации
Алиева. Продолжает существовать созданная для борьбы с референдумом
неформальная коалиция, правда, еще более широкая и рыхлая,
чем ДК, которая выступила 9 октября с призывом к смещению
Алиева. После этого один за другим прошли четыре митинга оппозиции,
собравшие большое количество участников. Лидеры выступившей
против референдума группы, создавшие Координационный центр
оппозиции, проявляет активность и по другим вопросам,
таким, как обсуждение нового закона о выборах.
Все вместе и каждая по отдельности, оппозиционные партии,
как всегда, нуждаются в финансовой поддержке. На сегодня в
распоряжении ПНА как партии власти находится гораздо больше
средств на предвыборную кампанию, чем у всех других групп
вместе взятых. По словам Лейлы Юнус, директора азербайджанской
неправительственной организации «Институт мира и демократии»,
существует четыре главных источника финансирования оппозиции:
членские взносы, помощь азербайджанских бизнесменов внутри
страны, благотворительные взносы бизнесменов, живущих за рубежом,
и личные средства самих партийных лидеров. Больше всего денег
поступает от азербайджанских бизнесменов, живущих за рубежом.
Этим людям не нравится, что их лишают доступа к наиболее выгодным
секторам азербайджанского бизнеса, как правило контролируемым
родственниками и политическими союзниками Алиева. Бизнесмены
надеются, что благодаря смене руководства у них появятся новые
возможности для коммерции.
Отношения с правительством
Несмотря на разногласия, главные оппозиционные партии поддерживают
правительство по ряду вопросов. Все они ориентируются на Запад
и выступают за расширение экспорта энергоресурсов, рассматривая
его как средство развития страны в целом. Однако даже в этом
вопросе ДК «обеспокоена теми компромиссами с иностранными
[нефтяными] компаниями, которые были достигнуты правительством».
ДК разделяет настороженное отношение правительства к Ирану,
считая, что Иран способен разжечь в стране исламскую революцию
(как-никак, Азербайджан является одной из немногих исламских
стран, в которых большинство верующих составляют шииты). Кроме
того, что неудивительно, как оппозиция, так и правительство
считают важнейшими военно-стратегическими союзниками Азербайджана
светскую Турцию и Соединенные Штаты.
С другой стороны, оппозиционные партии склонны к гораздо
более выраженному национализму, чем правительство, и прежде
всего по вопросу о Нагорном Карабахе. ДК заявляет, что «унизительные
‘мирные’ предложения международных миссий», направленные на
решение карабахской проблемы, являются результатом ошибочной
политики администрации. Занимая более жесткую, чем правительство,
позицию, ДК предлагает предоставить району автономию «согласно
европейским стандартам» – концепция, которая требует дальнейших
уточнений.
Учитывая первостепенное значение Карабаха в азербайджанской
политике, разногласия между оппозицией и правительством практически
исключают возможность для диалога, несмотря на сходство позиций
по другим вопросам. Еще одним раздражающим фактором является
очевидная фальсификация администрацией Алиева целого ряда
прошедших в Азербайджане выборов. Например, организация Human
Rights Watch в докладе о парламентских выборах 2000 г. сообщила
о «массированном вмешательстве государства в избирательный
процесс, главным образом... недопущении к участию в голосовании
сотен оппозиционных и независимых кандидатов в... одномандатных
округах». Больше того, органы власти на местах «запугивали
как сборщиков подписей в поддержку оппозиционных кандидатов,
так и граждан, которые эти подписи ставили». Организация «Эмнести
интернешнл» зафиксировала «явное нарушение процедуры подсчета»
голосов.
По сообщениям некоторых наблюдателей, оппозиционные партии
подвергались запугиванию, и с этой целью администрация использовала
в этих целях правоохранительные и другие государственные органы.
Например, 2 октября 2002 г. полиция взяла штурмом штаб-квартиру
Демократической партии, разломала мебель и привела в беспорядок
документы. За день до этого были арестованы шесть членов партии
«Мусават» по причинам, которые остались неясными.
Серьезным гонениям подвергаются и средства массовой информации.
Официально в стране провозглашена свобода печати, однако на
практике правительство косвенно контролирует большую часть
того, что выходит в эфир и появляется на страницах газет.
В докладе Национального демократического института говорится,
что, «несмотря на формальную ликвидацию цензуры в 1998 г.,
журналисты и печатные СМИ продолжают подвергаться давлению
со стороны властей. В последние годы журналисты подвергались
насилию, а действия властей... порождали атмосферу самоцензуры».
Эти слова особенно верны в отношении конца 2002 и начала 2003
гг., когда участились судебные процессы над независимыми печатными
СМИ, а электронные средства массовой информации ожидает перспектива
неусыпного государственного контроля. Все это происходит несмотря
на поддержанную Советом Европы инициативу, направленную на
снижение контрольных функций государства.
Кроме того, правительство борется с оппозицией, пытаясь привлечь
на свою сторону независимые партии и отдельных их представителей
обещаниями финансовой помощи или высокими государственными
постами. По словам местного эксперта, в 1990-х гг. ПНН в течение
долгого периода согласовывала свои действия с правительством
и одно время финансировалась лучше, чем все остальные оппозиционные
партии. Этот мезальянс закончился во время президентских выборов
1998 г., когда Мамедов заподозрил, что в преемники президента
готовят сына Алиева Ильхама, а его собственные шансы на избрание
ничтожны. После этого ПНН разошлась с правящей партией и избрала
собственный путь.
Перспективы
Разрыв между партиями и электоратом
В настоящее время оппозиция оказывает весьма слабое или даже
нулевое воздействие на политическую жизнь Азербайджана. Как
и правительство, оппозиционеры осознают стоящие перед страной
проблемы, такие, как безработица и отраслевой дисбаланс, однако
не предлагают своих, более эффективных, чем у правительства,
способов их решения. Вместо этого многие лидеры оппозиции,
по-видимому, заняты решением своих собственных задач личного
порядка. Политическая борьба такого рода не нуждается в электорате,
порождает в населении чувство апатии и помимо этого создает
в обществе, по выражению Андреаса Гросса, содокладчика мониторинговой
группы ПАСЕ по Азербайджану, «опасный вакуум».
Апатия может привести к тому, что недовольные граждане, далекие
как от правительства, так и от оппозиции, решат обойтись без
политического процесса и выйдут на улицы. Мятежи в селении
Нардаран, начавшиеся в июне 2002 г. и вызванные крайне низким
уровнем жизни его жителей, возможно, являются предвестником
такого поворота событий. [Историю
вопроса см. Архив рубрики Eurasia Insight]. И хотя, с
точки зрения многих наблюдателей, Нардаран представляет собой
особый случай, поскольку речь идет о весьма сплоченной общине
ревностных мусульман – что позволяет правительству объяснять
недовольство иранским влиянием, – факт остается фактом: в
селении продолжаются акции протеста, никак не связанные с
политической жизнью в стране. Еще одна, менее взрывоопасная
демонстрация прошла 2 октября, когда члены Объединения Баку
и окрестных сел пикетировали министерство внутренних дел и
прокуратуру, требуя освобождения из тюрьмы своего лидера.
Что касается оппозиции и правительства, то они оказались не
в состоянии предвидеть эти события или даже сколько-нибудь
адекватно на них отреагировать.
Внешние факторы
При этом Соединенные Штаты, по-видимому, больше озабочены
не тем, чтобы в Азербайджане развивалась демократия, а тем,
чтобы сохранить в стране стабильность. Военно-стратегическое
значение Азербайджана будет расти по мере реализации проекта
«Баку – Джейхан» и увеличения объемов нефтедобычи. По мнению
некоторых аналитиков, Азербайджан ожидает судьба некоторых
среднеазиатских стран. Для США и других крупнейших держав
мира защита прав человека и гражданских прав в Азербайджане
отойдет на задний план, а приоритет будет отдан непосредственным
экономическим интересам и задачам обеспечения безопасности.
Значительное влияние на внутреннее развитие Азербайджана
будут оказывать, прежде всего, Россия и Иран. Отношения между
Баку и Москвой за последний год улучшились [дополнительную
информацию см. Архив рубрики Eurasia Insight], хотя некоторые
вопросы остаются нерешенными, среди них – нелегальная трудовая
миграция азербайджанцев в Россию. Руководство Азербайджана
вынуждено будет балансировать между часто не совпадающими
интересами России и Соединенных Штатов на Кавказе. Важной
задачей является также установление более близких отношений
с Ираном, и не только в религиозной, но и в экономической
области. Баку и Тегеран продолжают противостоять друг другу,
пытаясь найти взаимоприемлемую формулу раздела Каспийского
моря [историю
вопроса см. Архив рубрики Eurasia Insight]. В Каспийском
пакте стороны видят ключ к стабильности и дальнейшему освоению
энергоресурсов региона. Тем не менее, учитывая стратегические
интересы России и Ирана и историю их отношений со странами
региона, ожидать, что они будут настаивать на проведении серьезных
демократических реформ, не приходится.
Некоторых положительных сдвигов можно ожидать от принятия
в начале 2001 г. Азербайджана – наряду с Арменией – в Совет
Европы. И хотя Азербайджану предстоит пройти долгий путь,
прежде чем он достигнет европейских стандартов, прежде всего
в области прав человека, гражданских свобод и свободы прессы,
некоторые наблюдатели выражают надежду, что конструктивное
взаимодействие с европейскими организациями будет продвигать
Азербайджан по пути подлинной представительной демократии.
До настоящего времени, однако, Совет Европы ограничился рассмотрением
лишь некоторых важных вопросов, в частности призвав Азербайджан
к освобождению из тюрем политических заключенных.
Шансы оппозиции
Принимая во внимание тройной барьер – обструкцию правительства,
слабую поддержку населения и отсутствие интереса со стороны
международных организаций, – шансы оппозиции на победу представляются
весьма незначительными. Это верно, даже если не учитывать
содержания конституционных поправок, принятых на августовском
референдуме 2002 г.
Алиев уже заявил о своем участии в очередных президентских
выборах 2003 г., и мало кто сомневается в его победе. После
того как президент будет переизбран, поправки к конституции,
фактически, позволят ему назначить преемника. Согласно этим
поправкам, в случае недееспособности или смерти президента
его место займет не спикер парламента, как прежде, а премьер-министр.
Большинство лидеров оппозиции убеждены, что Алиев назначит
премьер-министром своего сына Ильхама. В случае отставки или
смерти президента его сыну будет гораздо легче занять президентский
пост, если, в качестве исполняющего обязанности главы государства,
он будет контролировать госаппарат, бюджет и СМИ. В свое время
оппозиция рассчитывала воспользоваться смертью или недееспособностью
Алиева для того, чтобы придти к власти, однако августовский
референдум существенно снизил вероятность утраты президентской
семьей господствующего положения в азербайджанской политической
жизни.
Поскольку Алиев использует любую возможность для укрепления
своей власти, представить себе, что оппозиция пойдет на компромисс
с правительством, очень трудно. Скорее всего, недоверие оппозиционных
групп к администрации только усилится, на что указывают как
недавние репрессивные акции властей, так и признаки координации,
проявившиеся в действиях оппозиции.
Справедливость последнего утверждения демонстрируют дебаты,
разгоревшиеся в связи с законопроектом о выборах. Координационный
центр оппозиции бойкотирует обсуждение проекта на том основании,
что правительство лишает оппозиционные партии возможности
участвовать в обсуждении на равных правах с государством.
Партии заявляют, что предложенный закон не решает проблем,
связанных с коррупцией и подтасовкой результатов голосования.
Свою озабоченность выражает и ПАСЕ, а содокладчик мониторинговой
группы Гильермо Мартинес Касан заявил, что если выборы в октябре
2003 г. будут проводиться по этому закону, то их результаты
не будут признаны Советом Европы.
Альтернативный протест
Поскольку все большее число граждан игнорирует существующий
в стране расклад политических сил, неважно, выступают ли они
на стороне правительства или на стороне оппозиции, все большее
значение приобретают альтернативные формы протеста и выражения
политических взглядов. Одной из таких форм становится ислам.
Исламская партия Азербайджана, выступающая за то, чтобы в
основу развития страны были положены исламские законы и принципы,
была запрещена в 1996 г. Лидеры партии были арестованы и обвинены
в шпионаже в пользу Ирана. Несмотря на циркулировавшие слухи
о финансовой помощи партии со стороны Ирана, правительство,
скорее всего, опасалось не иранских интриг, а роста популярности
альтернативных политических идей. И хотя, по данным исследования
1997 г., только 6 процентов азербайджанцев считают себя правоверными
мусульманами, популярность ислама продолжает расти. Впервые
после 1989 г. во время демонстрации в Баку в начале 2002 г.
слышались выкрики «Аллаху Акбар».
Итак, возможно, что именно исламская идеология объединит
доведенных до нищеты азербайджанцев. И тем не менее, независимо
от того, в какие формы выльется политический протест, на сегодняшний
день ключи от азербайджанской политики находятся в руках больного,
но сохраняющего силу Алиева. Его внезапный уход с политической
сцены может привести к обвальной дестабилизации. Возможно,
власть перейдет к сыну Алиева. По сути дела, даже уходя из
политики, Алиев сохраняет в своих руках контроль над политической
ситуацией в Азербайджане.
От редакции. Даан ван дер Шрик – независимый журналист, живет
и работает в Тбилиси.
Email this article
11.II.2003
© Eurasianet
http://www.eurasianet.org
 |
|
Центральный Евразийский Проект нацелен на развитие более
информированной дискуссии о социальном, политическом и
экономическом развитиях на Кавказе и в Центральной Азии
через его вебстраницу, встречи, документы и гранты. Это
программа Института Открытого Общества в Нью-Йорке. Институт
Открытого Общества в Нью-Йорке является частным операционным
и грантодающим фондом, который поддерживает развитие открытых
обществ во всем мире, подпитывая образовательные, социальные
и законодательные реформы, и поощряя альтернативные подходы
к сложным и спорным вопросам.
Взгляды,
выраженные в этой публикации, не обязательно представляют
позицию Института Открытого Общества и являются исключительной
ответственностью автора или авторов. |
|
|
|
